June 12th, 2010

Вячеслав Иванович Полунин


Полунин - актёр и режиссёр, артист, клоун-мим, названный западной прессой «Лучшим клоуном мира».

Вячеслав Иванович Полунин родился
12 июня 1950 года в городе Новосиль на Орловщине.

Обучался Вячеслав в Государственном институте культуры имени Крупской в Ленинграде, а затем на эстрадном отделении ГИТИСа. В 1980-х годах Полунин основывает театр пантомимы «Лицедеи». В 1981 году на Новогоднем огоньке страна увидела знаменитейший номер «Асисяй», который сделал актёра всенародно любимым. На следующий год Полунин организовал легендарный «Мим-парад», в котором приняли участие около 800 артистов.



С 1988 года артист живёт в Великобритании, где был награждён премией Лоуренса Оливье, и во Франции. В Ливерпуле и Дублине его спектакли признавались самыми лучшими сезонными шоу. Кроме того, Полунин удостоен звания Почётного жителя города Лондона и является обладателем премии британских критиков.

В 1990 году Вячеслав Полунин стал одним из устроителей фестиваля уличных театров «Караван мира», в 1993 году – «Академии дураков». В 2000 году столица России наблюдала феерическое шоу Полунина «SNOW SHOW». В 2001 году он выступил инициатором театральной олимпиады в Москве. В этом же году был удостоен высокого звания Народного артиста России.





Вячеслав Полунин .   Асисяй .  1981 год.                                                                                                                                                                 




Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.

Борис Пастернак

                                        
  Лето в городе    

Разговоры вполголоса,
И с поспешностью пылкой
Кверху собраны волосы
Всей копною с затылка.

Из-под гребня тяжелого
Смотрит женщина в шлеме,
Запрокинувши голову
Вместе с косами всеми.

А на улице жаркая
Ночь сулит непогоду,
И расходятся, шаркая,
По домам пешеходы.

Гром отрывистый слышится,                        
Отдающийся резко,
И от ветра колышется
На окне занавеска.

Наступает безмолвие,
Но по-прежнему парит,
И по-прежнему молнии
В небе шарят и шарят.

А когда светозарное
Утро знойное снова
Сушит лужи бульварные
После ливня ночного,

Смотрят хмуро по случаю
Своего недосыпа
Вековые, пахучие
Неотцветшие липы,


Анне Ахматовой

Мне кажется, я подберу слова,
Похожие на вашу первозданность.
А ошибусь, мне это трын-трава,
Я все равно с ошибкой не расстанусь.

Я слышу мокрых кровель говорок,
Торцовых плит заглохшие эклоги.
Какой-то город, явный с первых строк,
Растет и отдается в каждом слоге.

Кругом весна, но загород нельзя.
Еще строга заказчица скупая.
Глаза шитьем за лампою слезя,
Горит заря, спины не разгибая.

Вдыхая дали ладожскую гладь,
Спешит к воде, смиряя сил упадок.
С таких гулянок ничего не взять.
Каналы пахнут затхлостью укладок.

По ним ныряет, как пустой орех,
Горячий ветер и колышет веки
Ветвей и звезд, и фонарей, и вех,
И с моста вдаль глядящей белошвейки.

Бывает глаз по-разному остер,
По-разному бывает образ точен.
Но самой страшной крепости раствор
Ночная даль под взглядом белой ночи.

Таким я вижу облик ваш и взгляд.
Он мне внушен не тем столбом из соли,
Которым вы пять лет тому назад
Испуг оглядки к рифме прикололи.

Но, исходив из ваших первых книг,
Где крепли прозы пристальной крупицы,
Он и во всех, как искры проводник,
Событья былью заставляет биться.